Собака, которая спасла Манчестер Юнайтед

История о том, как выжил на заре своего существования один из величайших футбольных клубов в истории.

Современный “Олд Траффорд” сложно не увидеть при посещении Манчестера. Нет, это не самое высокое сооружение в городе, но его стены настолько пропитаны многолетней историей клуба, неразрывно связанной с самим городом, что ноги сами приведут вас на улицу имени сэра Мэтта Басби, к одной из самых почитаемых достопримечательностей Манчестера, остававшейся симоволом главного футбольного клуба города на протяжении 108 лет.

“Театр Мечты” (такое поэтичное прозвище дал стадиону Бобби Чарльтон) видел всё. Он был разрушен в годы Второй мировой войны, и восстановлен лишь через 4 года после её окончания, он видел, как его команда находилась на грани исчезновения после Мюхенской катастрофы, и он заполнялся до отказа даже когда Манчестер Юнайтед вылетел во второй дивизион. Однако, всего за 8 лет до открытия “Олд Траффорд”, команда, ставшая впоследствии одной из самых успешных в мировом футболе, могла прекратить своё существование.

Выжить в мрачные времена становления английской лиги ей помогла собака.

В начале 20 века футбол был далёк от того профессионального уровня, на который он вышел в начале нынешнего столетия. Денег, признания и поддержки игроки практически не получали, техническое оснащение полей и игровая форма оставляли желать лучшего, а многие клубы, особенно в провинции, держались лишь за счёт энтузиазма редких меценатов, да горячего желания играть самих футболистов.

Всё это непосредственно относилось к будущему лидеру списка самых дорогих брендов в мире футбола по версии Forbes, команде Newton Heath LYR из Ланкашира, в результате описанных ниже событий ставшей клубом Манчестер Юнайтед. Приставка LYR – Lancashire and Yorkshire Railway – означала принадлежность клуба к железнодорожной кампании, спонсировавшей команду.

Ньютон Хит был основан в 1878 году рабочими вагоностроительного завода и первые годы играл, в основном, против других железнодорожных команд на поле “Норт Роуд”, совершенно неприспособленном для футбола. Здесь отсутствовал дренаж газона, поле частенько было окутано клубами пара от проходящих мимо поездов, а о такой роскоши, как раздевалки, не приходилось и мечтать: футболисты были вынуждены переодеваться в близлежащих пабах и постоялых дворах. В 1889 группа клубов, которые были недостаточно сильны, чтобы войти в английскую футбольную лигу, организовала свой турнир, который получил название Футбольный альянс. Туда вошли такие клубы, как Уэнсдей, Кру Александра, Ноттингем Форест, Дарвен, Ньютон Хит, который перестал получать спонсорскую помощь от железнодорожников и отказался от приставки LYR в своём названии, и ряд других. В первом сезоне существования Альянса Ньютон Хит, получивший прозвище “язычники” (The Heathens) занял восьмое место в турнирной таблице, а уже через два года сумел стать вторым, проиграв за весь сезон лишь три матча и уступив лидерство клубу Ноттингем Форест.

В 1892 Футбольная лига и Футбольный Альянс объединились, создав единый чемпионат, состоящий из двух дивизионов. Ноттингем Форест и Ньютон Хит попали в Первый дивизион. “Язычники”, носившие непривычные нынешним фанатам МЮ зелёный и золотой цвета, начали испытывать материальные трудности как раз в этот период.

Клуб играл на стадионе “Бэнк Стрит” в Клейтоне, куда переехал в 1893 году. Первый матч на новом поле состоялся 1 сентября, Ньютон Хит одержал победу над Бернли со счётом 3:2. Естественно, контраст между “Бэнк Стрит” и современным “Олд Траффорд” был просто огромным. Стадион располагался прямо у химического завода, и, по выражению футболистов клуба Уолсолл Таун Свифтс, который играл с Ньютон Хит в сезоне 1894/95, представлял собой “свалку с токсичными отходами”.

Первые матчи на Бэнк Стрит выглядели, по сегодняшним меркам, довольно смешно, поскольку 7000 болельщиков были вынуждены крепко прижиматься друг к другу, чтоб не слететь с единственной, довольно хлипкой, трибуны. Ньютон Хит попытался увеличить вместимость стадиона, перенеся две трибуны со своего старого поля, “Норт Роуд”, но попытка не увенчалась успехом, и трибуны пришлось продать всего за 100 фунтов стерлингов.

В довершение всех проблем, Ньютон Хит вылетел из первого дивизиона, а потом был вынужден потратить немало денег на судебные издержки по делу о клевете, когда газета “Birmingam Daily Gazette” назвала их победу над Вест Бромвич Альбион “торжеством жестокости” и обвинила в неспортивном поведении.

На рубеже столетий клуб прочно прописался во втором дивизионе, где играл 12 лет подряд, а сложная финансовая ситуация не позволяла сделать качественные улучшения в игре “язычников”. Продажи билетов сокращались, попытки расширения стадиона вгоняли команду в новые долги, а в сезоне 1900/01 Ньютон Хит проиграл 14 матчей и с трудом удержался в чемпионате.

Кульминацией стала попытка владельца клуба, Уильяма Хилли, взыскать с клуба полагающиеся ему 242 фунта. Для этого он обратился в суд, сумма долга быстро обросла пенями и штрафами и в 1901 году составила 2500 фунтов. Ньютон Хит был объявлен банкротом, стадион “Бэнк Стрит” был закрыт и пресса со дня на день ждала, что клуб постигнет та же судьба, что и Нью Брайтон Тауэр с Бёртон Свифтс – проще говоря, “язычники” практически перестали существовать. Состояние клуба в полной мере отражает одно фото: обязательный для командных снимков того времени футбольный мяч в ногах у капитана Гарри Стаффорда сменила коробка для пожертвований. Клуб пытался выжить за счёт фандрайзинга. Однако, главной фигурой на снимке был вовсе не футболист, а сенбернар по кличке Майор. Именно эта собака сыграла главную роль в спасении клуба.

Ньютон Хит стал фактическим банкротом в феврале 1901 года, и Стаффорд, который вошёл в историю как первый капитан Манчестер Юнайтед, взял на себя не слишком приятную обязанность попытаться помочь команде со сбором денег. Талантливый защитник, он присоединился к “язычникам” в 1896, перейдя из Кру Александра, и стал капитаном команды в 1897. Четыре года спустя он организовал благотворительный базар в Сент-Джеймс Холле в центре Манчестера, в надежде собрать хоть какие-то средства для своего клуба. Целью Стаффорда было собрать хотя бы треть от суммы долга клуба, который составлял уже 2670 фунтов. Понимая, что нужно привлечь как можно больше внимания к команде, Гарри решил отправить в город своего сенбернара Майора, привязав ему на шею коробку для пожертвований.

Несмотря на все усилия Стаффорда, базар не принёс значительных сумм, а во второй половине последнего дня пропал Майор. Многим казалось, что последний луч надежды пропал навсегда. Игроки клуба, в особенности сам Стаффорд, были в отчаянии. Они готовились к потере своего символа, да и самого своего клуба.

Впрочем, отчаяние их длилось недолго. Один из “язычников” увидел плакат, сообщавший о найденной в одном из пабов собаке. Выяснилось, что паб этот принадлежал будущему хозяину Манчестерской пивоварни Джону Генри Дэвису, который переехал в Ланкашир из Стаффордшира, выкупив для начала Walker & Homfray Brewery. Он управлял большим количеством пабов, а бизнес его, как несложно догадаться, процветал.

В то самое время Дэвис искал собаку в подарок на день рождения дочери. Как только он увидел Майора, то тут же понял, что это как раз то, что он искал. Назначив Гарри Стаффорду встречу прямо в пивоварне, Дэвис без обиняков предложил тому сделку, условия которой должны были удовлетворить обе стороны. Пивовар приобретал Ньютон Хит, гася все его долги, и получал Майора в своё безраздельное владение. Да, собака больше не принадлежала ни Стаффорду, ни клубу, но Ньютон Хит получал возможность выжить, что для всех было неизмеримо важнее.

В марте 1902 в Нью Аслингтон Холл прошла встреча, определившая будущее клуба. Стаффорд объявил, что он вкладывает 2000 фунтов стерлингов в Ньютон Хит, вместе с Дэвисом и ещё тремя бизнесменами из Манчестера.

Как только Джон Генри Дэвис взял бразды правления клубом в свои руки, дела Ньютон Хит начали выправляться. Долги исчезли, все финансовые вопросы стали решаться гораздо эффективней, а траты уменьшились в разы. Уже тогда, в начале двадцатого века, это был идеальный пример того, что большой футбольный клуб, помимо спортивной составляющей, обязательно должен иметь в своём активе хорошего бизнесмена, который, может быть, с некоторой долей авторитарности, будет разумно управлять всей финансовой структурой. Примерно, как Флорентино Перес, управляющий Реалом, которого можно критиковать за излишнюю властность и довление над всеми делами клуба, однако, невозможно отрицать, что с финансовой точки зрения Королевский клуб выглядит безупречно. Видимо, Фло и Джо, разделяемые сотней с лишним лет, оказались бы родственными душами, поскольку привели свои клубы к денежному благополучию.

Может быть, именно поэтому в уже упоминавшемся рейтинге “Forbes” Манчестер Юнайтед и Реал Мадрид находятся на первом и втором месте соответственно.

Ключевыми моментами в изменениях, которые начали происходить с Ньютон Хит после прихода Дэвиса, стало изменение клубных цветов с зелёного с золотым на красный с белым, а также переименование клуба в Манчестер Юнайтед – название было выбрано путём голосования. На очередной встрече владельцев клуба, которая прошла в апреле 1902, был поднят вопрос о переименовании Ньютон Хит. Изначально было выбрано два варианта, “Манчестер Селтик” и “Манчестер Сентрал”, но второй отмели из-за излишней похожести на название железнодорожной станции, а первый – из-за его “индустриальности”. 19-летний фанат команды Луис Рокка предложил вариант  “Манчестер Юнайтед” – и, несмотря на то, что изначально это название не слишком понравилось собравшимся, в конечном итоге утвердили именно его. Рокка стал одной из из ключевых фигур в истории клуба, поработав в МЮ скаутом, помощником тренера, спортивным директором, а также став человеком, который привёл в клуб сэра Мэтта Басби – великого тренера “Красных дьяволов”.

Джон Генри Дэвис заботился не только о символике и антураже команды: он пригласил в клуб Эрнеста Мэнгналла, который до этого, с переменным успехом, тренировал Бернли. Мэнгналл стал первым тренером, с которым клуб завоевал трофеи, а также остаётся единственным человеком в истории, тренировавшим и Юнайтед, и Сити.

После апрельского собрания Майор окончательно перешёл во владение Дэвиса, и прожил остаток своей жизни, будучи любимым и обласканным семьёй владельца Манчестер Юнайтед, навсегда оставшись в истории, как собака, которая помогла становлению одного из величайших футбольных клубов истории и, фактически, спасла его от разорения.