Исход. Как советские игроки изменили футбольную Европу

Выиграли Англия, Германия, Италия и Испания, пострадали киевское «Динамо» и московский «Спартак».

В конце 80-х и начале 90-х целая волна талантливых, но недооцененных (в материальном плане) футболистов хлынула из Восточной Европы в Западную. Они уезжали из неотвратимо уходившего в небытие Советского Союза. Республики, составлявшие самую большую страну земного шара, заново открывали для себя притягательную силу национализма, с удовольствием ломая систему централизованного управления государством. Когда-то грозная, хоть и загадочная, футбольная сила таяла на глазах. Но, по законам физики, если что-то убывает в одном месте, в другом что-то обязательно появится.

Тихая и не слишком заметная утечка талантов происходила во всех сферах советского общества с середины до конца 80-х, когда с удовольствием повторяемое на Западе слово «perestroyka» стало мощным регулятором коммунистической власти. Вот и футбол перестал быть неуязвимым, и трансфер полузащитника московского «Торпедо» Сергея Шавло (того самого, про которого, когда он играл в «Спартаке», кричали «Ярко вспыхнуло табло – гол забил Сергей Шавло!») в июне 1987-го в венский «Рапид» стал первым сигналом для неотвратимых перемен.

Меньше, чем через год, состоялся еще более громкий переход: лучший бомбардир чемпионата и сборной СССР, обладатель Золотого мяча, главный футболист в истории киевского «Динамо» Олег Блохин отправился в австрийский «Форвертс». Нападающему на момент перехода было 35 лет, и лучшие его футбольные годы остались далеко позади, но, если советское первенство и не слишком потеряло в качестве игры, этот трансфер был глубоко символичным. После Льва Яшина нападающий был, пожалуй, величайшим игроком в истории советского футбола, и еще два-три года назад об его отъезде в Европу нельзя было бы и подумать.

Еще через несколько месяцев другой динамовец, Александр Заваров, «Футболист года» в 1986-м, отправился в «Ювентус». Европейские клубы были впечатлены выступлением советской сборной на Евро-1988, где команда заняла второе место, и спрос на таланты из-за проржавевшего Железного занавеса был очень высок. За тем же Заваровым, к примеру, охотилась и «Барселона», но «Юве» предложил более высокую зарплату. Если трансферы Шавло и Блохина были, скорее, проводами на почетную и высокооплачиваемую пенсию, то в лице полузащитника киевского «Динамо» Александра Заварова, находящегося на пике формы, чемпионат СССР потерял одну из своих главных звезд.

В ноябре того же 1988 года голкипер сборной Советского Союза и московского «Спартака» Ринат Дасаев, лучший вратарь страны на протяжении десяти лет, отправился в Испанию, став игроком «Севильи». Правда, голкипер чуть было не вернулся обратно через месяц, но команда уговорила прославленного игрока остаться.

Таким образом, советский футбол потерял трех своих самых узнаваемых игроков всего за девять месяцев. Но это было только начало.

***

До 1987-го СССР крепко удерживал своих футболистов в коммунистических объятиях бюрократической системы. Спортсмены регистрировались как номинальные работники учреждений, которые контролировали футбольные клубы. Это сильно ограничивало заработок игроков и гарантировало стране, что она не потеряет своих талантов. В конце восьмидесятых волшебные «гласность» и «перестройка» запустили процесс приватизации, после чего футболисты увидели, что они вполне могут обойти финансовые блокировки и начать зарабатывать приличные деньги. Любой европейский клуб из первого или второго дивизиона даже в самых средних по футбольным меркам странах платил в разы больше, чем многократные чемпионы Советского Союза. В 1989-м ведущих игроков лишились «Динамо» из Киева, Минска и Москвы: в «Боруссию Менхенгладбах» уехал обладатель Золотого мяча Игорь Беланов, в «Ювентус» Сергей Алейников, в «Шальке» Александр Бородюк, который попал в тройку лучших футболистов Бундеслиги в 1993-м.

Массовый исход начался в 1990 и 1991 годах на фоне краха чемпионата СССР и все усиливающихся волнений в союзных республиках. Литва, Молдова, Грузия одна за другой отзывали свои клубы. Тбилисский «Динамо», еще в 1981-м выигрывавший Кубок Кубков, вышел из союзного первенства в 1989 году, за ним последовали «Жальгирис» и «Гурия». Сезон-1991 стал последним, в котором разыгрывались медали чемпионата СССР. Сразу 12 команд покинули соревнование в течение года, за чем с огромным интересом следили западные клубы.

На Западе привыкли действовать быстро, когда дело касается серьезной выгоды. Представители множества европейских клубов могли получить талантливого советского футболиста за считанные часы, помахав у него перед носом авансом и уже заполненным контрактом с довольно маленькой, по западным меркам, зарплатой. Аванс был в марках, лирах, франках, а рубль стремительно обесценивался. Тренер Евгений Кучеревский незадолго до своей трагической гибели в разговоре с известным футбольным обозревателем из «The Guardian» Джонатаном Уилсоном поинтересовался, сколько в конце 80-х в Англии зарабатывали дворники. После несложных подсчетов выяснилось, что в СССР игроки получали меньше.

Наиболее сильно от массового оттока футболистов пострадало киевское «Динамо», которое при Валерии Лобановском восемь раз становилось чемпионом СССР. В составе сборной страны на Евро-1988 было 11 игроков «бело-синих», к середине 1991-го в Союзе не осталось никого из них. За три года одна из лучших команд Европы была фактически ликвидирована: 17 (!) футболистов уехали в западные клубы. Вечный соперник киевлян московский «Спартак», чемпион страны в 1987 и 1989 годах, также столкнулся с подобной проблемой. Вагиз Хидиятуллин отправился в «Тулузу», Сергей Родионов в «Ред Стар», Игорь Шалимов в «Фоджу», где был признан лучшим иностранцем в Серии А, после чего его за 9 миллионов долларов купил «Интер».

Отъезд главных талантов страны за рубеж отразился и на составе сборной СССР. Если на Евро-1988 играли исключительно футболисты из отечественных клубов, то к ЧМ-90 уже 7 игроков национальной команды, включая Дасаева, Алейникова, Бородюка и Заварова, представляли зарубежные клубы. В сборной СНГ в 1992-м «западных» стало уже большинство: 11 из 20.

***

Для европейских любителей футбола, в котором неожиданно появилось множество советских игроков, эти новоприбывшие сначала казались самой настоящей экзотикой. Так мы бы сейчас смотрели на китайских футболистов в ведущих клубах АПЛ и Ла Лиги: спортсмены из другого, таинственного и далекого мира. Игроки из СССР для многих обладали некоей мистикой, аурой спокойствия и чуть ли не научной компетенции – хотя чаще всего это впечатление складывалось от обычных для советских людей зажатости и незнания иностранных языков. Некоторые из этих футболистов ярко блеснули на европейском футбольном небосклоне, другие, столкнувшись с высокими ожиданиями благодаря своим достижениям в СССР, не смогли их оправдать.

Вингер Игорь Добровольский, «Футболист года» в Союзе, перешел в «Дженоа» в 1990-м, но был отправлен в аренду в «Кастельон», потом в «Серветт», затем провел неудачных полгода в «Олимпике», а после возвращения на год в московское «Динамо» его карьера получила новый импульс: он провел сезон в мадридском «Атлетико» и отлично себя проявил в «Фортуне» из Дюссельдорфа. Алексей Михайличенко из киевского «Динамо» также начал свой европейский вояж с неудачи в «Сампдории», но уже через год переехал в «Рейнджерс», с которым завоевал десять трофеев за пять сезонов. Карьера Александра Мостового на Западе началась с провала: за «Бенфику» он сыграл девять матчей в чемпионате Португалиии за полтора года, после чего начался медленный, но верный подъем. Полузащитник помог «Кану» уйти из зоны вылета в турнирной таблице, затем отыграл два отличных сезона в «Страсбуре» и перешел, наконец, в «Сельту», где выступал вместе с Валерием Карпиным и стал одним из лучших игроков в истории клуба. Мостовому даже собрались ставить памятник в Виго, но дело ограничилось только проектом: готовая статуя, говорят, до сих пор пылится у скульптора.

Игорь Колыванов из московского «Динамо» вначале не вписывался в игру «Фоджи», но потом стал игроком основного состава и любимцем тренера Зденека Земана, а затем составил пару Роберто Баджо в «Болонье».

Джонатан Уилсон в своей довольно интересной (хоть и во многом спорной) книге «За занавесом» назвал приход Заварова в Юве «провалом» и охарактеризовал европейскую карьеру Сергея Юрана как «увядание дряблой иностранной звезды». Беланова автор посчитал «неподготовленным к жизни на Западе», из-за чего, по его мнению, тот не смог в полной мере проявить свой несомненный талант, и посетовал, что Федор Черенков и Анатолий Демьяненко не смогли приехать на Запад раньше – тогда бы они «точно порвали Европу». Трехкратный лучший бомбардир чемпионата СССР и единственный советский игрок – номинант на «Золотую Бутсу» Олег Протасов по мнению Уилсона «похоронил себя в Греции», поведясь на высокую (по мнению самого игрока) зарплату, хотя футболист его уровня вполне мог бы проявить себя в гораздо более сильных европейских чемпионатах.

В целом, у спортивных обозревателей бытовало мнение, что советские футболисты в Европе испытывали большие сложности с адаптацией, из-за чего не могли играть на привычном уровне, быстро терялись в дебрях маленьких клубов и возвращались на родину. Но блестящие исключения, в виде уже упоминавшихся Шалимова, Бородюка, Дасаева опровергали эту расхожую оценку. Главной советской звездой в Европе стал Андрей Канчельскис, который в 1991-м перебрался из донецкого «Шахтера» в «Манчестер Юнайтед» сэра Алекса Фергюсона и, действительно, «порвал» Старый свет. Футболист с литовскими корнями, родившийся на Украине и выступавший за сборную России, быстро стал любимцем английских болельщиков. Его яркий, прямой и технически безупречный футбол выделяли Андрея из большинства коллег. Канчельскис завоевал в Англии и Шотландии 14 трофеев, и поиграл за «МЮ», «Эвертон», «Фиорентину» и «Рейнджерс», став одним из символов постсоветского футбола в Европе.

***

В наше время все изменилось с точностью до наоборот – но лишь в России. Игроки из бывших союзных республик, не избалованные большими заработками, по-прежнему активно едут за рубеж, пусть и не в топ-клубы. Отечественные футболисты в поисках высоких зарплат не должны никуда уезжать: «мудрая и дальновидная» политика руководства российского футбола обеспечивает им высокий доход в местных командах, а за пределы страны уезжают либо по-настоящему талантливые игроки, либо те, кто готов променять сытую и комфортную жизнь на настоящий футбол (зачем?) и понижение зарплаты (нуу, нет!). В подобных условиях неудивительно, что в составе сборной России сейчас играют лишь два футболиста из западных клубов, Головин и Черышев. Еще двое, Караваев из «Витесса» и Комличенко из «Млада-Болеслав» получали вызов в национальную команду, но так и не дебютировали в ее составе. Для сравнения, в сборную Украины за последний год вызывались 16 (!) игроков, выступающих за пределами страны, – не считая зенитовца Ракицкого. Да, они играют в «Генке», «Генте», «Леганесе», «Малаге», «Вест Хэме», однако в составе украинцев есть и футболисты «Манчестер Сити», «Реала», «Шальке»…

У советских футболистов не было выбора, играть ради игры, за идею или из-за денег. Они получали мизерную зарплату, могли рассчитывать на призовые и халтуры, вроде показательных матчей, за которые часто «платили натурой» (от одежды до мебели) и на идеологически выдержанные поездки заграницу. Футболисты в СССР играли ради победы, боролись на международном уровне за идею, и лишь когда у них появилась возможность выбора, сделали его в пользу материальных благ. Сегодня дорога молодым отечественным талантам открыта, но условий для того, чтобы они захотели попробовать свои силы в Европе, им не оставили. Никто не согласится уезжать в относительно малооплачиваемую неизвестность, когда под носом, благодаря лимиту, стабильный высоченный доход, и практически гарантированное место в составе клуба премьер-лиги – мы же говорим про талантливых игроков.

Крайности редко доводят до добра. Если поднятый Железный занавес в конце 80-х и начале 90-х почти разрушил отечественный футбол, сейчас его успешно уничтожает стена из идиотских законов, алчности футболистов, нечистоплотности агентов и непомерных денег в зарплатных ведомостях.

Но.

История – на редкость циничная дама, которая любит цитировать сама себя. Значит, и эта стена рухнет.