Футбольный батальон. Они сражались за родину

История английских футболистов на полях Первой мировой.

Томас Джефферсон однажды написал, что «дерево Свободы время от времени должно поливаться кровью патриотов и тиранов». В течение двух столетий после этого человечество пережило не один кровавый конфликт. Наполеоновские войны сотрясли Европу, Гражданская война в Америке унесла до одного миллиона жизней, а две мировые войны в ХХ веке стали квинтэссенцией людской боли, смертей и страданий.

Мы, к счастью, принадлежим к поколению, которое не знает глобальных военных конфликтов. Большинство людей на планете живет, не просыпаясь от воздушных тревог, хотя по всему миру вспыхивают локальные противостояния, в которых по-прежнему гибнут люди. Но абсолютного большинства это не касается. Мы все также постим сториз в инсту, ставим на экспресс с кэфом 2, болеем за наших и гоняем в Доту. Мы никогда не смогли бы представить себе, что мы маршируем к линии фронта с оружием в руках, и впереди шагают Кудряшов, Дзагоев, Дзюба, Головин. А с противоположных сторон в своих батальонах идут Месси, Неймар, Роналду, Азар, Кейн, Нойер, Рамос… Но именно это произошло в годы Первой мировой войны, когда футбольные фанаты и их кумиры были одеты в одинаковую форму, проливая одинаково красную кровь за свою страну. Это история о мужестве и самопожертвовании, которые стали спутниками футболистов во время Великой войны.

***

В отличие от многих военных конфликтов, начинавшихся по прихоти тиранов, из-за разности идеологий или желания обогатиться, Первая мировая война вспыхнула во многом благодаря любви. София Хотек родилась в Вюртемберге в 1868 году, в семье чешского графа из почтенного рода. В 1899-м наследник Габсбургского трона Франц Фердинанд объявил о своем желании жениться на ней, чем шокировал императора Франца Иосифа, провозгласившего брак морганатическим (то есть неравным), ведь София, несмотря на графский титул ее отца, не была королевского рода. Этой женитьбе сопротивлялись папа римский, а также немецкий кайзер и царь Николай Второй (двое последних вмешались, поскольку были связаны родственными узами со всеми королевскими дворами Европы). Ничего не помогло. Франц Фердинанд и София сочетались браком, но на церемонии не присутствовал ни один из представителей Габсбургов. Дети четы должны были быть исключены из числа наследников трона, а во время придворных мероприятий София не имела права находиться рядом с мужем. Подобное отношение заставило пару покинуть двор и поселиться в замке Артштеттен.

Основной обязанностью эрцгерцога было поддержание армии в боеготовности, и во время маневров жена могла сопровождать его на равных. Из вечного чувства противоречия Франц Фердинанд нередко организовывал военные мероприятия, где появлялся вместе с Софией. В июне 1914 года эрцгерцог решил провести масштабную (и совершенно ненужную) армейскую инспекцию в Боснии, куда поехал с женой. Несмотря на многочисленные предупреждения об опасности подобных эскапад, Франц и София поехали по Сараево в открытом автомобиле. Гаврило Принцип, член националистической сербской группировки «Черная Рука», с расстояния полутора метров дважды выстрелил в супругов, ранив эрцгерцога в шею, а его супругу в живот. Оба умерли по дороге в губернаторскую резиденцию, где им должны были оказать медицинскую помощь. Это убийство послужило поводом к войне между Австро-Венгрией и Сербией, после чего немцы поддержали первых, а русские вторых.

***

Британия вступила в Первую мировую войну через шесть дней после ее начала, когда немецкие войска вторглись в Бельгию. Еще три дня спустя лорд Герберт Китченер, назначенный военным министром, призвал всех трудоспособных мужчин в возрасте от 19 до 30 лет объединиться и помочь своей стране. Соревнования по крикету и регби были остановлены почти сразу после начала боевых действий, но в футбол продолжали играть до конца сезона-1914/15.

Английские футболисты к тому времени уже 30 лет пребывали в профессиональном статусе и трудоустраивались в свои клубы вполне официально. Большинство из них были связаны со своими командами лишь однолетними контрактами, но все равно должны были получить разрешение от своего руководства, если хотели призваться в ряды действующей армии.

Более 500.000 человек добровольно присоединились к британским вооруженным силам к началу сентября, после того, как Китченер поднял возрастную планку до 35 лет. В это время знаменитый писатель Артур Конан-Дойль обратился к спортсменам с просьбой отложить в сторону мячи и биты, чтобы присоединиться к борьбе за Англию и ее союзников.

«У нас было время для всего на свете. Было время для игр, для бизнеса, для домашней жизни. Сейчас у нас есть время только для одного – и это война. Если у крикетиста острый глаз – пусть смотрит в прицел винтовки. Если у футболиста сильные ноги – пусть они помогут ему на поле битвы».

Представьте, каково было слышать такое профессиональным спортсменам от живого классика, одного из самых уважаемых людей в мире. Добавьте к этому ежедневную истерику от некоторых таблоидов, кричавших, что любой, кто не вступает в ряды вооруженных сил, вносит большой вклад в победу Германии. В то время, когда мораль, ответственность, совесть и любовь к родине были не только лозунгами, мало кто мог сопротивляться этим призывам.

Тысячи спортсменов готовы были отправиться на передовую. Но находились и те, кто не разделял охватившее всю страну чувство ура-патриотизма. Манчестерская газета «Атлетик Ньюз», основанная в 1875-м, открыто высказывала свою позицию по этому вопросу.

«Вся эта агитация – это не что иное, как попытка правящих классов лишить народные массы единственного доступного им развлечения. Какое им дело до спорта, отдушины в жизни бедного человека? Бедняки тысячами отдают свою жизнь за эту страну, потому что чаще всего им нечего больше отдать. И вот сейчас, по мнению небольшой группы злобных снобов они должны быть лишены последней радости, которую они испытывали в течение тридцати лет».

Несмотря на подобные статейки, рекрутинговая кампания шла полным ходом. Были выпущены многочисленные плакаты, постеры, карикатуры, клубам предлагались небольшие компенсации за игроков, отпущенных на фронт, а в перерывах футбольных матчей агитация проводилась прямо на поле. Футболисты, продолжавшие заниматься спортом, назывались «трусливыми» и «женственными» за отказ присоединиться к защитникам родины, которые тысячами гибли на полях сражений, пока их сограждане пинали мяч.

14 декабря 1914 года по приказу лорда Китченера сэр Уильям Джойсон-Хикс в городской ратуше Фулхэма сформировал 17-й Служебный батальон Миддлсекского полка. Среди примерно тридцати человек, которые составляли новое военное формирование, был человек по имени Фрэнк Бакли, игравший в свое время за оба главных клуба из Манчестера, «Бирмингем» и «Дерби Каунти». 32-летний полузащитник стал первым игроком, который присоединился к подразделению, которое станет известным под именем Футбольный батальон. Бакли, у которого был кое-какой армейский опыт, получил звание лейтенанта, а впоследствии был повышен до майора.

Некоторые историки полагают, что первым действующим футболистом в британской армии во время Первой мировой войны стал Дональд Белл, игравший за «Кристал Пэлас», «Ньюкасл» и «Брэдфорд». Белл был зачислен в Западный Йоркширский полк, до того, как его отправили в 8-й батальон Грин Ховардс в чине младшего капрала. Другими игроками, пополнившими 17-й Служебный стали Вивьен Вудворд, форвард «Челси», «Тоттенхэма» и сборной Англии, а также Ивлин Линтотт, полузащитник «КПР», «Брэдфорда» и «Лидса». Это были известные всей стране футболисты, благодаря которым в подразделение бросились записываться многие болельщики, чтобы стать частью армии и быть рядом со своими кумирами. Уже через несколько недель в батальоне насчитывалось 600 человек.

Шотландский клуб «Хартс», тогда лучший в стране, в полном составе был зачислен в 16-й Служебный Королевский Шотландский батальон.

К ним присоединились футболисты из «Рэйт Роверс», «Данфермлина», «Фалкирка» и «Ист Файфа», что привлекло под армейские знамена множество местных жителей, болельщиков этих клубов. «Хартс» лидировали в шотландском первом дивизионе с серией побед из восьми матчей подряд, когда они решили полным составом пойти на фронт. Они не должны были. Но они сделали это, опубликовав обращение к своим фанатам и семьям, где говорилось, что во время войны долг по отношению к своей стране лишь возрастает, и должен быть отдан до конца.

В Англии представители военных ведомств, убедившись в притягательной силе футболистов, ушедших на фронт, посещали матчи по всей стране, пытаясь убедить игроков и болельщиков внести свой вклад в защиту интересов Великобритании. Вратарь Джо Уэбстер и защитник Джек Тресадерн (оба «Вест Хэм») присоединились к Футбольному батальону через несколько дней после их последнего матча за «молотобойцев». Тресадерн вскоре стал лейтенантом. Капитан «Гримсби Таун» Сидней Уилхаус поднялся до звания младшего капрала, а бывший футболист «Тоттенхэма» и «Нортгемптона» Уолтер Тулл стал первым в истории британских войск темнокожим пехотным офицером. Фред Баллок из «Хаддерсфилда», ставший во время войны младшим капралом, впервые был вызван в сборную Англии лишь в 1920-м, в возрасте 34 лет. Бывший футболист «Норвича», «Саутгемптона» и ряда других клубов Перси Барнфазер дослужился до сержанта.

К марту 1915 года к Футбольному батальону присоединились 122 профессиональных игрока, и это не считая тех, кто записался в шотландское подразделение. Английская футбольная ассоциация тесно сотрудничала с военными ведомствами, чтобы любой футболист, который захотел бы пойти в британскую армию, мог получить всю необходимую помощь и поддержку.

Вскоре игроки попали на войну.

***

В Германии отлично понимали, что России, объявившей о своей поддержке сербских братьев, понадобится уйма времени, чтобы мобилизовать и привести в порядок свою армию, прежде чем русские будут в состоянии полноценно вторгнуться в центральноевропейские державы. Поэтому немцы решили быстрым броском атаковать Францию, взять страну под свой контроль, и лишь затем развернуть основные силы на восток, чтобы противостоять России. Французы обладали несколькими укрепленными оборонительными линиями, которые бы серьезно затормозили продвижение немецких войск. Поэтому военачальники Германии решили провести свою армию через бельгийскую территорию, в надежде, что нейтральная Бельгия не станет сопротивляться. Она стала. Мало того, это вторжение заставило Англию объявить войну немцам. Уже через 16 дней армии Германии и Франции встретились на поле боя. Военные действия перешли из стремительных в затяжные, а фронт растянулся на 750 километров.

Летом 1916-го британские и французские войска договорились о совместном наступлении, но немцы атаковали первыми, начав сражение у города Верден. Основные силы Франции были вынуждены сдерживать армию Германии, что позволило англичанам начать свою самую большую атаку с начала войны. Британская армия под командованием генерала Дугласа Хейга сосредоточилась у реки Сомм, и вместе с французскими войсками начала планомерное выступление.

***

Футбольный батальон, прибывший в страну в январе, был готов и ждал распоряжения об атаке. Еще зимой подразделение потеряло четырех человек убитыми и около 30 ранеными. Среди последних был Вивьен Вудворд, получивший ранение в правое бедро после взрыва гранаты. Его отправили в Англию на длительное лечение, но футболист вернулся в бой к августу.

Битва на Сомме стала одним из самых кровопролитных сражений в истории человечества. Именно здесь нашли свою смерть большинство из убитых во время Первой мировой войны футболистов, отправившихся на фронт. Семь игроков «Хартс» погибли во время этой битвы, а трое из них, Эрни Эллис, Гарри Уотти и Данкан Кьюри были убиты в первый же день. 22-летний защитник Пэдди Кроссан остался в живых, хотя чуть не потерял ногу. Он был тяжело ранен шрапнелью и его уже готовили к ампутации, но футболист умолял армейского хирурга спасти ему ноги. Врач сделал невозможное и Пэдди был отправлен в Англию для восстановления от ран. Впоследствии он примет участие в Синайской и Палестинской кампании, а после войны проведет еще шесть сезонов в составе «Хартс».

Майор Бакли был ранен в грудь, а один из осколков пронзил ему легкие. Нападающий «Ньюкасла» Джордж Пайк вспоминал:

«Санитары с носилками как раз пробегали по нашей траншее и спросили, есть ли раненые для эвакуации. Мы показали на Фрэнка, и они забрали его, но майор выглядел так плохо, что было неясно, доживет ли он хотя бы до медицинской палатки».

Бакли отправили в военный госпиталь в Кенте. Он выжил, но тяжелая травма легкого поставила крест на его дальнейшей футбольной карьере. Майор, которого до самой смерти называли исключительно так, стал одним из заметных английских тренеров, повлиявшим на развитие «Блэкпула», заложившим основу для «Вулверхэмптона» Стэна Каллиса и повлиявшим на «клубную культуру» и игровую философию «Лидса». Басби, Шенкли и Фергюсон называли Фрэнка Бакли одним из своих вдохновителей.

Уильям Ангус, бывший футболист «Селтика» и капитан «Уишоу Джуниорс» на момент начала войны был в составе 8-го батальона среди других шотландцев, которых отправили во Францию в июне 1915-го. В один из первых дней пребывания на фронте друг Ангуса лейтенант Джеймс Мартин проводил разведывательную операцию неподалеку от немецких окопов. Группа разведчиков была замечена неприятелем, который обстрелял британцев из миномета. Когда дым рассеялся, наблюдавшие за своими солдатами в бинокль заметили, что Мартин по-прежнему движется. Ангус попросил у старших офицеров разрешения спасти его. Те посчитали эту миссию самоубийственной, но уступили решимости футболиста. К его телу привязали многометровую веревку, чтобы в случае необходимости можно было оттащить его назад, и Уильям пополз к Мартину, стараясь делать это как можно незаметнее. Несмотря на все меры предосторожности, Ангуса обнаружили, когда он тащил на себе лейтенанта. После начала обстрела футболист закрыл тело раненого друга своим и сумел добраться до британских окопов, получив около 30 осколочных ранений и потеряв левый глаз. 30 августа король Георг V наградил Ангуса Крестом Виктории, высшей военной наградой Британии. После возобновления футбольной лиги его приветствовали стоя на «Селтик Парк» и «Айброксе».

Уже упоминавшийся Дональд Белл отправился во Францию всего через два дня после собственной свадьбы и участвовал в наступлении при Сомме. Футболист, дослужившийся до секунд-лейтенанта, успешно атаковал укрепленную пулеметную точку, косившую солдат союзников, чем спас множество жизней. Но через пять дней подобная атака стоила Беллу жизни. Его посмертно наградили Крестом Виктории. Позже эта награда была выкуплена футбольной ассоциацией за огромные деньги и выставлена в Национальном музее футбола в Манчестере.

Вратарь сборной Уэльса Ли Роуз, выступавший за «Эвертон», «Сток Сити», «Сандерленд», «Арсенал», знаменитый своей способностью великолепно отражать пенальти, присоединился к Королевскому медицинскому корпусу и работал в госпитале во Франции, а затем был переведен в Галлиполи на Восточном фронте. Вскоре его отозвали в Лондон, где, несмотря на возраст (голкиперу было уже 38 лет), он стал рядовым в роте Королевских стрелков. Роуз был уникальным игроком для своего времени, став одним из первых эксцентричных гениев на футбольном поле. Он отличался большой храбростью и часто рисковал, бросаясь на игроков с мячом. Такую же смелость Ли проявил и на поле боя, когда одежда на нем загорелась после атаки немецких огнеметчиков, он, вместо того, чтобы вернуться в окопы к медикам, бросал гранаты в приближавшихся солдат, пока не израсходовал весь боезапас. Роуза убили в октябре, к концу битвы при Сомме, и его тело так и не было найдено среди миллиона погибших в той бойне.

Во время войны погибли еще несколько бывших футболистов «Арсенала», среди которых были правый полузащитник Спенсер Бассетт, убитый на Западном фронте в 1917-м и атакующий хавбек Джеймс Максвелл, погибший в Ираке во время Истабулатской битвы.

Одним из самых известных игроков, которые были убиты во Франции, стал инсайд Джимми Спирс, который играл за «Рейнджерс», «Брэдфорд» и «Лидс». В сезоне-1910/11 он забил победный гол в финале Кубка Англии, в котором «Брэдфорд» обыграл «Ньюкасл». Спирс отправился на войну рядовым, но быстро продвигался по службе, став младшим капралом, капралом и сержантом. Во второй битве при Аррасе он отличился храбростью на поле боя, за что был награжден Воинской медалью Британии. Но в августе 1917-го, во время сражения при Пашендейле 31-летний футболист погиб.

Уолтер Тулл, несмотря на цвет своей кожи, стал боевым офицером, хотя военный закон того времени запрещал цветным становиться офицерами британской армии. Начальники штабов с одобрения правительства утверждали, что белые солдаты не будут подчиняться приказам темнокожих офицеров, поэтому продвижение Тулла стало беспрецедентным случаем. Его лидерские качества в полной мере проявились во время боевых действий в Италии, когда он во главе группы из 26 человек раз разом совершал вылазки на вражескую территорию и каждый раз возвращался к своим незамеченным. В 1918-м Уолтера вернули во Францию, где он возглавил подразделение, атаковавшее немецкие позиции у деревушки Фавре. Тулл был смертельно ранен во время боя и вскоре скончался на руках у товарищей, которые сами вскоре были перебиты. Его тело так и не было найдено.

Всего на фронтах Первой мировой погибло не меньше 11 бывших футболистов «Тоттенхэма», «Ньюкасл» потерял семь своих игроков. «Блэкберн», дважды становившийся чемпионом с 1912 по 1914 годы, лишился инсайда Эдди Латерона, который забил 120 голов в 300 играх за клуб и погиб в битве при Пашендейле. Бывшие инсайды «Престон Норт Энд» Билли Джерриш и Джон Барбур были убиты в сражении при Сомме. Одна из самых удивительных историй произошла с Дики Бондом, полузащитником «Престона», «Брэдфорда», «Блекберна» и сборной Англии, который завершил карьеру в 41 год в «Ланкастере», забив около ста голов в Футбольной Лиге. В июле 1916-го Бонд, служивший в чине сержанта, попал в плен, где провел больше двух лет, тренируясь, по возможности, каждый день, после чего вернулся на родину и играл в футбол до 1924 года. Но подобный хэппи энд случался, увы, нечасто.

Главной звездой «Престон Норт Энд» на фронте был Фредди Осборн, лучший бомбардир команды в сезоне-1913/14 с 26 голами. Он служил на Западном фронте и получил пулю в бедро под конец войны. Несмотря на успешно проведенную операцию, ноге уже не вернулась былая подвижность. Фредди сыграл за «Престон» в семи матчах после возобновления футбольных соревнований и был вынужден завершить карьеру. Звезда «Вест Хэма» и «Челси» Джордж Хилсдон, алкоголик и уклонист, забивший за сборную Англии 14 голов в 8 матчах, отравился горчичным газом в Аррасе и сильно повредил легкие. Нападающий стал первым игроком «синих», забившим 100 голов за свой клуб, а на фронт отправился, лишь отсидев полгода за уклонение от воинской службы. Из-за сожженных легких Хилсдон больше не мог играть в футбол и работал в пабах и стройках, скончавшись в 56 лет в Лестере нищим и всеми забытым. По меньшей мере, пять игроков «Вест Хэма» были убиты во время Первой мировой войны.

Талантливый футболист «Манчестер Юнайтед» Сэнди Тернбул, автор гола в финале Кубка Англии в 1909-м, участвовал в организации договорных матчей и отправился на фронт в рамках сделки с футбольной ассоциацией, чтобы кровью искупить свою вину, и отменить пожизненную дисквалификацию. Его убили в Аррасе в 1917-м. На фронте погибли еще два бывших игрока «красных» дьяволов, Оскар Линксон и Пэдди МакГуайер.

***

В октябре 2010 года в Лонгевале, Франция, был открыт мемориал в честь футболистов, пожертвовавших жизнью ради своей страны. Четыре года спустя глава английской футбольной ассоциации Грег Дайк, в сопровождении представителей Футбольной Лиги, возложил цветы к мемориалу, отмечая таким образом столетие со дня начала Первой мировой войны.

«Мы приехали сюда, чтобы вспомнить о чем-то очень важном. Когда ты здесь, все оживает: письма домой, фотографии, имена. В первый день Сомма потери убитыми и ранеными составили заполненный «Олд Траффорд». Это невероятно – масштаб всего этого».

В наше время футболисты сталкиваются с невероятным вниманием к себе, как на поле, так и вне его. Спортивные блогеры анализируют аэродинамические свойства новой прически Погба, влогеры снимаются в машине «как у Стерлинга», журналисты тонут в море абсолютно бесполезной информации. Психологическое давление, которое испытывают современные игроки, возможно, беспрецедентно. В каждом большом клубе есть спортивные психологи, а то и целый штат подобных специалистов, помогающие суперзвездам справляться со стрессами.

Но это давление не может сравниться с теми ужасами, через которые прошел каждый из тех, кто служил в Футбольном батальоне во время Первой мировой войны. Слезы от поражения в финале Кубка – стресс. Слезы от иприта – ад. Провальная кампания нового одеколона с модным запахом – стресс. Запах горящего мяса товарищей, в которых попал снаряд – ад.

Некоторые из футболистов в начале ХХ века прошли через этот ад. Кто-то погиб, кто-то был ранен и не смог продолжить карьеру, кто-то выжил и рассказал о том, что видел. Некоторые даже продолжали жить своей привычной жизнью, как будто Великая война была лишь незначительным эпизодом, досадной приостановкой их футбольной карьеры. Все они совершили настоящий подвиг. Поэтому нельзя забывать о принесенной ими жертве и помнить, что когда-то футболисты сражались не только за титулы.