Бойня на «Бомбонере». Матч между «Миланом» и «Эстудиантесом» 50 лет назад потряс весь мир

Переломы, тюремные сроки и международный скандал – суровые реалии Межконтинентального Кубка.

Вспоминая о событиях, произошедших с человечеством в 1969 году, невозможно не обратить внимание на их противоречивость. Это был удивительный сплав торжества науки, культуры и спорта с катастрофами и войнами. В этом году был создан Интернет, человек впервые ступил на поверхность Луны, начался вывод войск из Вьетнама, битлы записали “Abbey Road”, а цепеллины – “Led Zeppelin II”, полмиллиона человек собралось на фестивале в Вудстоке и началась сексуальная революция. В том же 1969-м члены “Семьи” Мэнсона убили семь человек (в том числе актрису Шерон Тейт, жену режиссера Полански, бывшую на девятом месяце беременности), больше сотни итальянцев погибли и пострадали в терактах ультраправых анархистов на Пьяцца Фонтана в Милане, произошло 19 крупных авиакатастроф с общим количеством жертв под 1000 человек, подросток Роберт Р. умер от первого зарегистрированного в США случая СПИДа, а геодезист Виктор Ильин попытался убить Леонида Брежнева, ранив двух космонавтов и застрелив шофера.

Таким же противоречивым 1969-й получился и в футболе. Пеле забил тысячный гол в карьере, на “Сантьяго Бернабеу” прошел один из шикарнейших финалов в истории Кубка чемпионов, в котором “Милан” Нерео Рокко разгромил “Аякс” Ринуса Михелса 4:1, “Фиорентина” во второй (и последний) раз в своей истории стала чемпионом Италии, а “Спартак” благодаря новичкам Ловчеву и Кавазашвили завоевал золотые медали чемпионата СССР. Но в том же году прошла Футбольная война между Сальвадором и Гондурасом, 17 футболистов боливийского “Стронгеста” разбились в авиакатастрофе, а 22 октября 1969-го на буэнос-айресском стадионе “Бомбонера” прошел один из самых кровавых матчей в истории футбола.

***

За одиннадцать лет до этого только что избранный президент Бразильской конфедерации футбола Жоао Авеланж (будущий глава ФИФА) и французский журналист Жак Годде, один из организаторов “Тур де Франс”, поужинали в ресторане Рио-де-Жанейро.

Результатом этого ужина стали короткие заметки в бразильской и испанской газетах. В них сообщалось, что Авеланж, присутствовавший в качестве приглашенного гостя на заседании исполкома УЕФА, рассказал о создании двух новых международных турниров, Кубка Либертадорес и Межконтинентального Кубка (который сначала назывался Кубок Европы/Америки). Если в первом, по замыслу Авеланжа, соревновались лучшие южноамериканские клубы, то второй определял лучшую команду двух федераций, КОНМЕБОЛ и УЕФА. Идея встретила горячую поддержку президента европейской конфедерации футбола Анри Делоне.

Первый Межконтинентальный Кубок состоялся в 1960-м. Мадридский “Реал” обыграл уругвайский “Пеньяроль” с общим счетом 5:1. После этой победы до 1969-го европейцы лишь дважды одерживали верх над южноамериканскими командами, и оба раза трофей завоевывал “Интер” под руководством великого Эленио Эрерры. “Бенфика”, “Милан”, “Реал”, “Селтик” и “Манчестер Юнайтед” проиграли.

Соперником россонери в Межконтинентальном Кубке-1969 стал “Эстудиантес” под управлением одного из самых одиозных латиноамериканских тренеров Освальдо Субельдии, годом ранее завоевавший трофей в противостоянии с “Манчестер Юнайтед” сэра Мэтта Басби.

Прославленный тренер, взбешенный грязной игрой южноамериканских футболистов, из-за которой Джордж Бест вспылил, подрался и был удален с поля, сказал журналистам: “Аргентинцам надо запретить участвовать в футбольных соревнованиях“. Противостояние Англии и Аргентины, кульминацией которого стал четвертьфинал ЧМ-1966, когда англичане одержали победу благодаря голу Херста и удалению Раттина, не стихало и на клубном уровне.

Согласно регламенту, до 1969 года Кубок был двухматчевым, и проводился на домашних стадионах обеих команд. В случае, если каждая одерживала по одной победе, назначался матч плей-офф на нейтральном поле. Разница забитых и пропущенных мячей не учитывалась. Начиная с противостояния “Милана” и “Эстудиантеса”, УЕФА и КОНМЕБОЛ ввели также подсчет забитых голов, а с 1980-го и вовсе игрался только один матч.

***

Матч первого круга игрался на “Сан Сиро” 8 октября. Несмотря на наличие в составе “Милана” одного из лучших плеймейкеров ХХ века Джанни Риверы и автора последнего на данный момент хет-трика в финале Кубка чемпионов Пьерино Прати, аргентинская пресса писала о другом футболисте россонери.

Нападающий Нестор Комбен родился в Лас-Розасе, и еще юношей переехал во Францию, где принял местное гражданство, попал в состав “Лиона” и начал выступать за французскую сборную. Через пять лет и 78 голов в Лиге 1 Комбен переехал в Италию, где поиграл за “Ювентус”, “Варезе” и “Торино”, пока не перешел в “Милан”. Аргентинец по крови и француз по паспорту, Нестор возмущал южноамериканских журналистов, игроков и болельщиков тем, что играл в составе европейской команды против аргентинской. Местные СМИ развернули настоящую кампанию против форварда, обвинив его в бегстве из страны и уклонении от военной службы.

На своем поле “Милан” с первой минуты доминировал в матче и легко переиграл “Эстудиантес”. Два гола забил натурализованный бразилец Анджело Сормани по прозвищу Белый Пеле, еще один к негодованию аргентинцев заколотил Комбен. После игры Нерео Рокко поздравил свою команду и призвал футболистов не расслабляться перед ответной встречей.

Через десять дней итальянцы прибыли в Буэнос-Айрес. Местные любители футбола устроили им незабываемую встречу, колотя по сковородкам под окнами гостиницы до четырех часов утра и бросая мячи на поле во время тренировок. За несколько минут до начала игры несколько фанатов облили кофе выходящих из подтрибунных помещений россонери, а несколько брошенных с другой трибуны камней, к счастью, не долетели до игроков. Чилийский арбитр Доминго Массаро дал стартовый свисток и один из самых жестоких матчей в истории международного футбола начался.

***

Аргентинцы с первых минут начали играть в своем, печально известном европейским командам стиле: плевки, тычки исподтишка, удары по ногам и словесные оскорбления на ломаном итальянском. Опорник “Эстудиантеса” Нестор Тоньера, чей дедушка уехал из Италии в Южную Америку в начале века, обучил одноклубников некоторым ругательствам. В середине первого тайма Пьерино Прати получил тяжелую травму после мощного удара вратаря аргентинцев Альберто Хосе Полетти. Голкипер, столкнувшийся с форвардом противника в своей штрафной – это довольно привычное явление. Но в случае с травмой Прати, который на несколько секунд потерял сознание от сильного удара в голову, Полетти успел пробежать полпути до углового флажка, прежде чем срубил нападающего и вернулся в ворота.

Пьерино остался на поле, но заметно прихрамывал и был заменен еще до перерыва. Тем не менее, “Милан” первым открыл счет в матче, когда Джанни Ривера перехватил длинную передачу аргентинцев, сыграл в стеночку с Комбеном, обыграл Полетти и спокойно пробил по пустым воротам. После этого гола команда Субельдии рванула в атаку, расшвыривая итальянских футболистов и вступая в бесконечные драки. Массаро свистел каждые 30 секунд, останавливая игру. “Эстудиантес” умудрился забить два мяча с разницей в минуту в концовке первого тайма, однако вторая сорокапятиминутка превратилась в настоящий кошмар для обеих команд.

Болельщики на “Бомбонере” гнали свою команду вперед, и ее игроки действовали все жестче, пытаясь вскрыть неприступную оборону перестроившейся команды Нерео Рокко, который вывел вместо Прати полузащитника Джорджо Роньони, укрепив центр поля. Больше всего доставалось Нестору Комбену, терпевшему постоянные тычки и удары, пока автор первого гола “Эстудиантеса” Рамон Агирре Суарес не подошел к этому делу более радикально. Защитник от души вдарил локтем в лицо нападающему “Милана”, а затем пнул падающего француза ногой. Позже выяснилось, что у Нестора были сломаны нос и скула. Суареса тут же удалили с поля, но бойня на этом не завершилась.

Вратарь Полетти ударил ногой лежавшего после столкновения с ним Риверу, а защитник Эдуардо Манера был удален после того как срубил Сормани грубейшим подкатом, влетев двумя прямыми ногами в голень Белого Пеле. Врачи позже утверждали, что, если бы удар пришелся на 15 см выше, форвард остался бы без коленной чашечки и футбольной карьеры.

Финальный свисток, казавшийся избавлением для игроков “Милана”, проигравших со счетом 1:2, принес им новые неприятности. На окровавленного Комбена, которого уносили с поля на носилках, надели наручники и объявили, что форвард арестован за… уклонение от военной службы! Местные власти “не обратили внимания” на то, что Комбен давно отслужил в рядах французской армии как гражданин Франции. Разгорелся международный скандал, французское посольство тут же отправило гневную ноту правительству Аргентины, и Нестора выпустили из тюрьмы, где он просидел два дня. Его одноклубники, отказавшиеся покидать страну, пока француз находился за решеткой, встретили своего товарища овацией, и “Милан”, завоевавший по итогам двух матчей свой первый Межконтинентальный Кубок, отбыл в Италию.

“Gazetta dello sport” озаглавила репортаж о матче “Девяносто минут охоты на людей”. “The Guardian” позже опубликовала статью под названием “Троих посадили, одного похитили”. Даже аргентинские СМИ не жалели соотечественников, и заголовок “Самая черная страница аргентинского футбола” облетел весь мир. Международное футбольное сообщество призывало к бойкоту турнира, подкрепляя эти призывы фотографиями изуродованного Комбена.

***

В Аргентине, тем временем, решили показательно осудить виновных в кровавом зрелище, мало напоминавшем футбол. Президент страны Хуан Карлос Онгания, недовольный международным резонансом и призывом европейских клубов бойкотировать турнир, потребовал строго наказать виновных. Несмотря на то, что грубо играла вся команда, где, помимо прочих, играли будущий чемпион мира во главе аргентинской сборной Карлос Билардо и отец Хуана Себастьяна Верона Хуан Рамон, реальные наказания получили три футболиста.

Вратарь Полетти получил 30-дневный тюремный срок и пожизненное отстранение от футбола, Суарес и Манера также отсидели по 30 дней. Первому запретили участвовать в международных матчах пять лет и дали 30-матчевую дисквалификацию, у второй отделался тремя годами и двадцатью матчами. Однако, когда страсти улеглись и международный резонанс стих, все дисквалификации постепенно были сняты. Троица благополучно вернулась в “Эстудиантес”, правда, не сыграла в очередном финале Межконтинентального Кубка, где команда Субельдии проиграла “Фейеноорду”.

История со стычкой Комбена и Суареса получила продолжение в 2015 году, когда бывший защитник “Эстудиантеса” Рауль Мадеро, ставший физиотерапевтом национальной сборной, рассказал в интервью “El Grafico” об истинных причинах конфликта двух футболистов.

“Все произошло по вине Нестора Комбена. Во время матча в Италии, который “Милан” выиграл 3:0, он крикнул Суаресу, опекавшему его: “Эй, черный, можешь не стараться, я все равно зарабатываю за месяц больше, чем ты за два года!” Он так и назвал его – черный. А на “Бомбонере”, когда они вновь пересеклись на поле, Комбен подошел к Суаресу и сказал, что после матча трахнет его мать. Тогда-то все и началось, и я был одним из тех, кто разнимал их, потому что, если бы игра превратилась в побоище, мы все оказались бы в тюрьме”.

***

Престиж Межконтинентального Кубка сильно пострадал в конце 60-х и начале 70-х. Жестокость южноамериканцев на поле, смертельные угрозы и травма Йохана Кройффа, отказы “Баварии”, “Ливерпуля” и “Аякса” принимать участие в соревновании едва не уничтожили турнир. Лишь с 1980 года, когда логистика соревнования была передана Японской футбольной ассоциации, а автоконцерн “Toyota” начал спонсировать турнир, Межконтинентальный Кубок вновь стал олицетворять идеалы, которые в него закладывали Авеланж и Годде.

Соревнование просуществовало до 2004-го и уже в следующем году правопреемником Межконтинентального Кубка стал клубный чемпионат мира, который проводится под эгидой ФИФА. “Милан”, “Пеньяроль”, “Реал Мадрид”, “Бока Хуниорс” и “Насьональ” завоевали по три Кубка, при этом, в общем зачете между командами КОНМЕБОЛ и УЕФА с минимальным преимуществом лидируют южноамериканцы: 22 победы против 21.